Понедельник, 19.02.2018, 13:12
Приветствую Вас Гость | RSS



Меню сайта
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 17
Статистика

Онлайн всего: 29
Гостей: 29
Пользователей: 0
Рейтинг@Mail.ru
регистрация в поисковиках



Друзья сайта

Электронная библиотека



Главная » Электронная библиотека » ДОМАШНЯЯ БИБЛИОТЕКА » Познавательная электронная библиотека

Личность Гитлера в аспекте методологии анализа кумулятивных причин, мягкой силы

Личность Гитлера – интереснейшее психологическое явление с точки зрения понимания закономерностей формирования мужчины с повышенной чувствительностью, с эмпатией, с феминизированными чертами личности, которые он в себе подавляет. Личность Гитлера, его бессознательное проникнуты защитными реакциями, конфликтами сознательного и бессознательного. Это мужчина с чрезвычайно высоким уровнем чувствования других людей.

Психологические истоки этого кроятся в биографии Гитлера. Он был не просто любим матерью, он был обожаем ею. Она родила его в 29 лет, для того времени достаточно поздно. Поздний ребёнок обычно желаем. Но здесь особый случай. До этого она потеряла троих детей. С каким трепетом она ухаживала за своим четвертым ребёнком! Тем более, он был всецело похож на мать – форма бровей, рта, ушей. Все копировало мать… С 20 апреля 1889 года до 24 марта 1894 года, когда родился его брат Эдуард, то есть до 5 лет, Гитлер рос как единственный ребёнок в семье. А это особый психологический тип людей.

С 1896 года он начал посещать второй класс школы католического монастыря бенедиктинцев. Учился хорошо. Пел в хоре мальчиков, был помощником священника во время мессы. И здесь он получал только хорошие оценки. Его впечатления первых лет важны для понимания личности в более зрелые годы. В частности, свастику первый раз он увидел на гербе аббата Хагене. Потом он приказал точно такую же вырезать у себя в рейхканцелярии.

Адольф после ухода из семьи своего сводного брата Алоиза стал вновь центральной фигурой отцовских забот и постоянного давления. Давление было вызвано боязнью отца, что Адольф вырастет таким же бездельником, как его брат.

В 1898 году семья переезжает в новый дом. Гитлеру 9 лет. Он впечатлителен. Дом располагался около кладбища. Новая школа, новая система отношений. Он здесь уже не свой. За короткое время смена нескольких школ. Четвертая школа – народная школа в Леондинге. Её Адольф посещал до 1900 года. В этом году умирает его брат Эдмунд. И Гитлер вновь остаётся единственным сыном Клары Гитлер. Вновь новая школа – реальная школа в Линце. Смена маленькой сельской школы на большую городскую Гитлеру не понравилась. Но ему нравилось ходить одному из школы домой по 6 км в одну сторону. Сам по себе этот факт говорит мало о чем. Но в совокупности с другими данными можно предположить, что у него начались формироваться черты шизоидности. Так, Август Кубичек, близкий друг Гитлера в юные годы и другие люди из его окружения говорили, что Адольф ко всем испытывал ненависть. Он испытывал потребность постоянно быть с кем‑то на ножах. Поэтому, сформировавшаяся позднее ненависть к евреям имела свою психологическую основу. Прогулками в одиночестве Гитлер снимал с себя психическое напряжение через кинестетические разрядки, через ходьбу. Это обычно типичная рекомендация психологов для лиц с чертами шизоидности – ходьба. Так же типично для одного из подтипов шизоидов кого‑то ненавидеть.

В 1903 году умирает его отец. Гитлер плачет у гроба навзрыд. И плачет искренне, не смотря на то, что совсем недавно внутренне страдал от придирок отца. В этом же году он переезжает в школьное общежитие. Но уроки посещает не регулярно. Мечтает стать художником. Одновременно сочиняет пьесы, пишет стихи, новеллы, сочинил даже либретто для оперы Вагнера по легенде Виланда. И это в 15 лет!

В 1907 году умирает мать Гитлера. Она долго болела и Гитлер за ней ухаживал несколько лет.

Повторно провалив вступительные экзамены в Венскую художественную академию, Гитлер скрывается, меняет место жительства, никому не сообщая, где он и что с ним. В значительной степени это объяснялось нежеланием его идти служить в армию. Устроился на работу как художник, а с 1909 года и как писатель.

Пришёл успех в рисовании. Жизнь наладилась. Гитлер в 1911 году отказался от положенной ему ежемесячной пенсии как сироте в пользу сестры Паулы. Он получил и большую часть наследства от своей тётки.

Гитлер был признан негодным к военной службе, но после начала Первой мировой войны ушёл добровольцем в Баварскую армию. Воевал. Высказывал своё мнение о происходящем. В 1919 году командование полка направила его на недельные курсы агитаторов, которых готовили к проведению работы против коммунистов. Среди военных были сильны антисемитские настроения. Поэтому не удивительно, что после очередного антисемитского выступления Гитлера, ему было предложено взять на себя политические функции в масштабе армии. Это было явное признание его ораторских способностей. Он был назначен офицером просвещения. Так что ефрейтор – это только ступень его военной биографии, хотя обычно вспоминают только это воинское звание будущего властителя Германии.

В 1919 году Гитлер вступает в Немецкую рабочую партию, отвечает в ней сначала за пропаганду, а затем начинает определять всю её деятельность.

У Гитлера была развита способность подавления своих страстей, эмоций. Он был вегетарианцем. Не курил. Боялся насморка. Стремился к чистоте. Не терпел фамильярности. Как большинство шизоидов, был малообщителен. Много читал. По утверждению фон Хассельбаха Гитлер каждый день прорабатывал хотя бы одну книгу. Пролистывал книгу и читал только то, что ему было надо.

В силу особенностей воспитания, психотипа был интуитивен, чувствителен и являлся носителем так называемого двойного зажима, то есть противоречивых чувств к одному и тому же. Находясь в суровой армейской среде, вынужден был подавлять свою повышенную эмпатичность и чувствительность. Те, кто не обладал такой способностью, теряли в глазах Гитлера свой авторитет. Так, в «Майн Кампф» Гитлер описал основателя Немецкой рабочей партии Дрекслера как человека, который «не был солдатом», который «не прошёл достаточной школы жизни», и потому остался слабым и сомневающимся.

Гитлер знал, что в его роду было кровосмешение, видимо, страдал от его последствий, и поэтому не случайно недопущение генетических отклонений возводится в ранг государственной политики.

Феминизированность он считал одной из архетипических особенностей немцев и полагал, что она стала причиной поражения нации в Первой мировой войне. Все свои внутриличностные проблемы Гитлер вытесняет или делает их социально значимыми, расширяя до проблем нации, человечества, государства. Тем самым в значительной степени, снимая с себя психическое напряжение, личную ответственность за эти проблемы.

По типу своего воспитания Гитлер нутром чувствовал реальное отношение к себе окружающих. Он обладал интуицией и эмпатией, которые блестяще реализовывал в своей пропагандисткой деятельности.

Перечисленные в этой главе психологические особенности Гитлера по чувствованию кумулятивных причин – результат его наследственности, воспитания, опыта оценки людей в стрессовых ситуациях, в том числе и при быстрых словесных контактах при проведении агитационной работы.

Все, произошедшее с Гитлером в детские, юношеские годы для него особо значимо. Здесь истоки его поведения и в зрелые годы. Так, ректор художественной школы сказал Гитлеру, что у него есть способности к архитектуре. Возможно, это был способ отказать Гитлеру в поступлении на специализацию в области живописи. Но именно это запало в душу Адольфа. Известны его слова: «Если бы не было войны, я был бы наверняка архитектором, вероятнее всего, одним из лучших, если не самым лучшим архитектором Германии».

Психопрофиль личности Гитлера связан с наличием феминизированных, в том числе эмпатичных черт, шизоидности и психопатичности, черты которой проявлялись у него с молодости.

Кумулятивные причины многоаспектны. Это и чувства, переживания других людей, особенно в стрессе, особенно массовые, особенно на уровне бессознательного. Это влияние многих биографических событий. Один ребёнок в семье или несколько, семья полная или неполная, высокий у неё доход или низкий – всё это влияет на формирование определённого психотипа и типа интеллекта. Но на эти процессы оказывают влияние и мягкие силы. В настоящее время изучено влияние солнечной активности на поведение, психологические особенности людей. Как незаметно для нас изменяется солнечная активность, так же незаметно нарастают или убывают определённые психотипы, определённые черты характера у людей. Этот процесс изучен экспериментально.

Есть возможность сопоставить солнечную активность периода нацистской Германии и действия нацистов. Они удивительно адекватны солнечной активности. Не думаем, что нацисты и сам Гитлер это знал. Речь идёт, скорее всего, о высокой чувствительности к переживаниям своего народа и умении улавливать эти переживания, в наличии сформировавшейся предустановки к принятию решений на основе таких восприятий. Это чувствование не есть качество предметного интеллекта. Но это важнейший компонент социального, эмоционального интеллекта, так важного при управлении людьми.

Гитлер это человек, который чувствует кумулятивные причины и у него хватало ума во многих вопросах привлекать специалистов по этим вопросам. Чувствование кумулятивных причин это результат интуиции особого типа.

В 1936 году Гитлер сказал: «Я следую своему курсу с точностью и осторожностью лунатика». Он был осторожен. Вероятно, это одна из его личностных черт, заставившая его в борьбе с кризисом опереться на практиков, отказаться от помощи лиц, которые были склонны говорить, поучать, но были малоопытны в своей деятельности.

В психоэкономике обоснован такой психотип как резонатор. Опора на них способствует более высоким темпам экономического развития. Это собирательный психотип. То есть, в группу резонаторов входят чуть чаще интроверты, чем экстраверты, чуть чаще это лица с метапрограммой достижения, а не избегания… Чуть чаще среди резонаторов кинестетики, а не аудиалисты. Чуть чаще среди них лица с чертами паранойяльности, а не истероидности, маниакальности. Чуть чаще они имеют внутреннюю референцию, а не внешнюю и т. д. Резонаторы чаще развивают новый экономический уклад, почти безошибочно определяют, какие капитальные вложения окажутся наиболее эффективными и т. д.

Людей, которые бы одновременно были и кинестетиками, и паранойяльно акцентуированными, и с метапрограммой достижения, которые бы знали какие научные открытия лягут в основу рывка в промышленном, экономическом развитии в ближайшие годы – почти нет. Но есть люди, у которых более развита метапрограмма достижения, внутренняя референция… И они как бы объединяются с паранойяльно акцентуированными лицами, с кинестетиками…. Перечисленные психотипы, черты личности имеют свойство пересекаться между собой с большей вероятностью, чем с противоположными чертами личности.

Гитлер мог выделить таких лиц и опереться на них. В самый разгар экономического кризиса, после прихода к власти, он создаёт структуры, которые могут реально решать вопросы, стоящие перед страной. Он не занимается разговорами, хотя пропаганда идёт как бы сама собой, но не связанная напрямую с большинством принимаемых организационных решений. Организационные решения падают на плечи самых опытных практиков, прагматистов. И это даёт положительный эффект.

Гитлер это тонкий психолог. Во всяком случае, когда речь идёт о понимании типичного немца. При общении с представителями элиты, высших классов он нередко терялся. Способность психологически тонко чувствовать других людей и влиять на них – это не только интуиция, но и опыт. В начале 20‑х годов Гитлер регулярно брал уроки по ораторскому искусству и психологии масс у Эрика Хануссена, который так же практиковал астрологию и занимался предсказаниями. Не исключено, что именно через Хануссена Гитлер пришёл к выводу о важности астрологического прогноза в личной и общественной жизни.

Вот что отмечал фон Виганд: «Когда я впервые узнал Адольфа Гитлера, в 1921 и 1922 годах, он имел связи с кругом людей, твёрдо верящих в знамения звёзд. Было много разговоров о предстоящем „втором Шарлеманье и новом Рейхе“. Я так и не смог узнать, насколько Гитлер верил тогда в астрологические прогнозы и пророчества. Он не отрицал и не подтверждал своей веры. Однако он был не против использовать прогнозы для укрепления народной веры в себя и в его тогда ещё молодое и развивающееся движение».

Гитлер более доверял интуиции, нежели рациональным доводам. Вот его мнение на этот счёт. «Интеллект вырос в деспота, и стал болезнью жизни». «Я выполняю команды, которые мне даёт провидение». «Я ел свой обед, сидя в окопе с несколькими товарищами. Внезапно послышалось, что какой‑то голос говорит мне: „Поднимайся и иди туда“. Голос звучал так ясно и настойчиво, что я автоматически повиновался, как будто это был военный приказ. Я сразу же поднялся на ноги и прошёл двадцать ярдов по окопу, неся с собой обед в бачке. Затем я сел и продолжал есть, мой разум снова успокоился. Едва я закончил, как в той части окопа, которую я только что покинул, сверкнула вспышка и раздался оглушительный взрыв. Шальной снаряд взорвался над моими товарищами, и все погибли».

После такого события в жизни невольно поверишь в потустороннюю силу и интуицию. А интуиция подсказывала Гитлеру его будущее.

Гитлер был человеком, которого, как и немецкую нацию, пронизывали защитные реакции, противоречия между сознательным и бессознательным.

Есть веские основания полагать, что у Гитлера активно проявлялась сублимация, половая энергия преобразовывалась в различные формы иной активности, в том числе и в ораторскую. Немецкий народ считал, что у Гитлера нет половой жизни. Но это воспринималось не как аномалия, а как великая добродетель. И здесь сам факт трансформации энергии на уровне сознательного и бессознательного был сродни тем психическим трансформациям, которые протекали в сознании немецкого народа.

Безусловно, ему, как Наполеону и многим другим видным политическим деятелям, был присущ комплекс маленького роста. Гитлер был из Австрии, у него был своеобразный акцент. А в армии, особенно в военное время, солдаты быстро объединяются по месту своего рождения, по землячествам. Нечёткий немецкий язык выталкивает человека из непосредственного социально‑психологического окружения, из среды собственно немцев. Известен психологический механизм, который заставляет в таких ситуациях людей с особым энтузиазмом присоединяться к национальным особенностям большинства. Сталин, например, особый упор делал на русский народ. Корсиканец Наполеон особо подчёркивал, что выражает интересы французской нации. Здесь действуют сложные психологические механизмы переплетения сознательного и бессознательного.

Но кроме этого Гитлера давили комплексы неудачника – неудачный архитектор (не поступил в архитектурный вуз), неудачный художник (не стал знаменитым художником), неудачный военный (только ефрейтор) и т. д. И это было внутри Гитлера. Внешне он выглядел аналогично своему внутреннему состоянию.

Американская журналистка Дороти Томпсон, автор одной из первых книг о Гитлере, – «Я видела Гитлера» – так описала свои впечатления после их первой встречи: « Он бесформенный, почти безликий человек, чьё выражение лица комично, человек, чей скелет кажется хрящевидным, без костей. Он непоследователен и говорлив, неуравновешен и опасен. Он самый настоящий прототип маленького человека ».

А вот мнение Макс фон Грубера – специалиста в области евгеники из Мюнхенского университета, 1923 год: « Тогда я впервые увидел Гитлера вблизи. Лицо и голова низшего типа, помесь; низкий впалый лоб, уродливый нос, широкие скулы, маленькие глаза, тёмные волосы. Вид не как у человека, который полностью контролирует себя, отдавая приказания, а как у бредово возбуждённого субъекта. На лице – выражение удовлетворённой самовлюблённости».

Но подавляющее число немцев видело Гитлера издали или на фотографиях, которые тщательно ретушировались перед публикацией. В то же время немцы постоянно слышали голос Гитлера. Здесь он был как великий актёр. Даже его ярые противники не отрицали ораторских способностей Гитлера. Он получал удовольствие от своих речей. Иначе как объяснить тот факт, что он мог выступать по 3–4 раза в день. При этом говорил разное, в разных аудиториях, в разных городах. При выступлениях он реально возбуждался, переживал, изливал естественные эмоции. И не всегда его речь была отработанной, скорее наоборот – это была явно не литературная речь, у него была дикция… Но не дикция делала его незаурядным оратором. И даже сочетание верхнегерманского и австрийского диалектов не отталкивало немцев от приёмников, когда они слушали Гитлера. Суть сказанного, эмоции брали верх над всем остальным.

«Каждое из произносимых им слов было заряжено мощным потоком энергии: временами казалось, что слова, вырванные из самого сердца этого человека, причиняют ему ужасную боль». «Наклонившись с трибуны, как бы пытаясь имплантировать своё внутреннее „Я“ в сознание всех этих тысяч людей, он держал массы и меня под гипнотическим колдовством… Было ясно, что Гитлер чувствовал восторг эмоциональной реакции, надвигавшейся сейчас на него… его голос поднимался до страстного предела… его слова были подобны бичу. Когда он замолчал, его грудь все ещё вздымалась от чувств».

Многие авторы рассуждали о его способности гипнотизировать аудиторию. С. Хайт сообщает: «Когда во время кульминации он качается со стороны в сторону, его слушатели качаются вместе с ним; когда он наклоняется вперёд, они также наклоняются, а когда он заканчивает выступление, они либо приведены в благоговейный трепет, либо в экстазе вскакивают на ноги».

«Бесспорно, как оратор он оказывал мощное влияние на обыкновенных немцев. Его митинги всегда были многолюдны, а когда он заканчивал выступать, то способность критического мышления у слушателей была подавлена до такой степени, что они были готовы поверить почти во все сказанное им. Он льстил им и обхаживал их. Он бросал им обвинения и тут же развлекал их и умилял; казалось, он создавал соломенного человека, которого быстренько сбивал с ног. Его язык был подобен кнуту, подхлёстывающему эмоции аудитории. И каким‑то образом ему удавалось всегда высказать то, что большинство слушателей уже тайно держало в уме, но не могло выразить словами. В ответ на реакцию публики в нем бурно проявлялись различные чувства. Благодаря этой обоюдной связи, оратора и его аудиторию охватывало эмоциональное опьянение».

Для Гитлера было характерно системное чувствование среднего, типичного немца и использование эффективных, приемлемых методов, способов влияния на свой народ.

Это отражено в научных исследованиях и американцев. Они многое переосмыслили в понимании личности Гитлера. Сошлёмся на рассекреченные доклады американской разведки.

«Вряд ли можно отрицать, что у него были необычайные способности там, где касалось психологии среднего человека. Ему удавалось тем или иным образом выявить и успешно применить многие факторы, присущие групповой психологии, важность которых не была повсеместно осознана: некоторые из них мы также могли бы применить с успехом. Все это можно кратко изложить следующим образом:

1. Полное понимание роли народных масс в успехе любого движения.

2. Признание бесценности завоевания поддержки молодёжи;… а также важности раннего образования и внушения идей.

3. Признание роли женщин в развитии нового движения и того факта, что реакция масс, как единого целого, имеет многие женские характеристики.

4. Способность чувствовать, идентифицировать и выражать страстным языком глубочайшие нужды и чувства среднего немца, предоставляя ему возможности для их удовлетворения.

5. Способность… возбуждать самые первичные инстинкты и все же прикрывать их благородством, называя все действия средством достижения идеальной цели.

6. Понимание факта, что массы также голодны к стойкой идеологии в политической акции, как они голодны к хлебу.

7. Способность изображать конфликтующие человеческие силы в яркой, конкретной образности, которая понятна и доходчива обычному человеку. Это достигается использованием метафор, ведь образность, как сказал Аристотель, является наиболее могущественной силой на земле.

8. Дар взывать к традиции народа и, ссылаясь на великие классические мифологические темы, пробуждать глубочайшие подсознательные эмоции аудитории.

9. Осознание того, что воодушевлённые политические действия не дадут результата, если глубоко не затронуты чувства.

10. Оценка готовности масс принести себя на алтарь социального улучшения или духовных ценностей.

11. Понимание важности артистизма и драматической напряжённости в проведении больших митингов, заседаний и фестивалей.

12. Острое понимание важности лозунгов, меткого словца, драматических фраз и весёлых эпиграмм в проникновении на более глубокие уровни психики.

13. Осознание одиночества и чувства изоляции у людей, живущих в современных условиях, их острое желание принадлежать к какой‑либо активной группе, которая проводит в жизнь определённый статус, последовательна в своих действиях и даёт индивидууму чувство личной ценности и принадлежности.

14. Оценка той отличительной особенности, которая определяет лицо иерархической политической организации и которая допускает прямой контакт с каждым индивидуумом.

15. Способность окружить себя группой верных помощников.

16. Понимание того, что доверие людей можно завоевать лишь в том случае, если постоянно напоминать им о своей эффективной деятельности, как в политической организации, так и в правительстве. Например, пища и товары уже находятся на местных складах, но объявляют, что их будут распределять через две недели. Хотя все можно распределить незамедлительно, это дата устанавливается именно для того, чтобы создать впечатление сверхэффективности точного выполнения обещаний. Делаются все усилия, чтобы избежать обещаний, которых невозможно будет выполнить в чётко определённое время.

17. Оценка важной роли, которую играют мелочи в повседневной жизни как отдельного человека, так и в формировании морали народа.

18. Полное признание того факта, что в своём подавляющем большинстве люди желают, дабы ими руководили, и готовы подчиняться, если лидер сможет завоевать их уважение и доверие.

19.. Его выбор времени для принятия решений и начала действий был почти стопроцентным.

20. … твёрдая убеждённость в своей миссии и демонстрация перед публикой своей решимости посвятить всю жизнь её осуществлению.

21. Он также владеет способностью взывать сочувствие к своей персоне…, а многие, особенно женщины, питают к нему нежные и сострадательные чувства.

22. Способность Гитлера интуитивно принимать политические решения.

23. …способность убеждать других людей отказаться от их индивидуальных представлений, дабы позволить ему самому мыслить за них.

24. …сполна использовать террор, а затем – страх людей, который он предвидел с жуткой точностью.

25. …способен учиться у других. Он говорит, что научился: пользоваться террором у коммунистов, нравоучениям – у католической церкви, пропагандой – у демократов, и т. д.

26. Он мастер искусства пропаганды.

Его главные правила: никогда не позволяй общественности охладеть; никогда не признавай свою вину или ошибку; никогда не признавай, что в твоём враге может быть что‑то положительное; никогда не оставляй места для альтернатив; сосредоточься на своём враге и обвини его во всем, что происходит неправильно; люди поверят в большую ложь скорее, чем в маленькую; если вы будете повторять её достаточно часто, люди рано или поздно поверят в неё.

27. У него нет пораженческого духа» [3].

Надо отдать должное аналитикам американской разведки, которые так точно оценили способности Гитлера. Это тонкая и весьма глубокая оценка личности.

Гитлер чувствовал и особенности многих профессиональных групп. И легко и естественно переводил разговор об искусстве в разговор о принуждении и наказании людей искусства. Вот его слова: «Благодаря тому, что я всегда решительно стоял на точке зрения: художник, который присылает на выставку дрянь, либо жулик и потому его место в тюрьме, либо сумасшедший и потому должен быть помещён в сумасшедший дом, а если невозможно точно определить, сумасшедший он или жулик, то его следует направить в концлагерь для перевоспитания, чтобы приучить к полезному труду, – именно благодаря этому мои выставки превратились в кошмар для бездарностей». «Актёры и художники, – изрекал он далее, – такие фантазёры, что время от времени им надо грозить пальцем, чтобы вернуть их на почву реальности». И это действовало, так как Гитлер вышел из этой среды и знал, как на неё надо влиять. Это касалось многих профессиональных групп, но не высших военных.

Гитлер чувствовал типологические изменения, которые протекают в поколениях и понимал суть защитных реакций поколения, которое теряет власть.

Вот его слова на этот счёт из «Майн Кампф»: « Не надо делать себе иллюзий. Если определённое поколение видит свои ошибки и даже признает их, но в то же время, как это делает наш современный буржуазный мир, продолжает довольствоваться дешёвенькими заявлениями, что против существующих зол ничего‑де не поделаешь, тогда надо прямо сказать: такое общество обречено на гибель. Самым характерным для современного буржуазного мира является то, что он сам уже не решается отрицать этих зол. Он вынужден признать, что многое у нас плохо и гнило, но он вместе с тем не может найти в себе решимости подняться против этого зла, собрать воедино энергию 60‑70‑миллионного народа и таким образом вступить в решительную борьбу с этим злом. Мало того, если за это берутся другие, то их осыпают только тупыми насмешками и стараются найти как можно больше „теоретических“ аргументов, чтобы доказать, что успех невозможен.

Любой аргумент кажется тут подходящим, чтобы только „подкрепить“ своё собственное малодушие и ничтожество. Если, например, целый американский континент высказывается против отравления алкоголем и начинает борьбу против этого яда, а наш европейский буржуазный мир умеет по этому поводу только качать головой и болтать пустяки. Людям даже невдомёк, насколько они ничтожны в своих насмешках по поводу такого мероприятия. Если насмешки не помогают и если все‑таки в том или другом углу земного шара находятся смелые люди, которые объявляют борьбу рутине и имеют при этом известный успех, то все‑таки средство против них найдётся. На них будут клеветать, все их успехи будут поставлены под знак вопроса, против смельчаков будут приводить так называемые „моральные“ отображения, хотя бы усилия этих смельчаков направлялись на устранение самых гнусных антиморальных вещей».

Если посмотреть на психотипы, которые характерны для резонаторов (Таблица 1), то мы увидим максимальные совпадения. Так, склонность поколения потспострезонаторов говорить более о сути проблем, а не делать, совпадает со сказанным Гитлером о поколении немцев, которые не могут ничего вразумительного сделать кроме говорильни. Он констатирует склонность аудиалистов не решать проблемы, а к так называемым защитным реакциям, то есть к словам, мыслям, которые оправдывают бездействие. Наличие таких психотипов среди населения, среди правящего класса притягивало к Гитлеру тех, кто это чувствовал и осуждал. А это особый психотип. Гитлер интуитивно чувствовал на кого надо опираться ради достижения поставленных целей, а от кого надо отмежеваться. Он разрывает эмоциональные и иные отношения с такими лицами.

«Нет, на этот счёт у нас не может быть никаких сомнений: современное наше бюргерство никакой цены не имеет в деле борьбы за более высокие задачи человечества. Оно для этого совершенно теперь не квалифицированно, оно для этого само погрязло в слишком плохих качествах. Вот почему и те политические клубы, которые ныне известны под коллективным названием „буржуазные партии“, уже давно не являются не чем другим, как своекорыстными объединениями для защиты просто профессиональных или сословно‑классовых интересов. Свою высшую задачу они видят теперь исключительно в наиболее успешной защите самых узких эгоистических интересов. Что этакая политиканствующая „гильдия“ буржуазии годится на что угодно, только не на серьёзную борьбу за великие цели, это ясно. Усилия этих буржуа безусловно обречены на полную бесплодность – в особенности, раз мы на другой стороне видим не компанию „осторожных“ старых перечниц, а настоящие пролетарские массы, которые марксисты систематически раздразнивают и разжигают до белого каления и которые готовы поэтому не болтать, а действовать».

Гитлер делает ставку на тех, кто добивается поставленных целей. Он перечисляет качества таких людей. Они во многом, если не во всем совпадают с таблицей системных отличий резонаторов и пострезонаторов.

Хотелось бы обратить внимание, что нечто подобное сделал и Ф. Рузвельт в это же время в США. Он решительно отказался иметь дело с говорунами и обратился непосредственно к нации. В этом отражении он опирался на лиц, обладающих чертами резонаторов.

Периодически, с циклом около 72 лет (в странах с эндогенными причинами развития) в обществе, в элите скапливается определённый психотип людей. В силу своих особенностей, в силу своих ценностей, смыслов жизнедеятельности, в силу включения защитных реакций они не способны понимать суть происходящего, а следовательно, и действовать в целях устранения проблем для обеспечения дальнейшего успешного развития общества. Это не понимала длительное время наука, но это чувствовали люди. И игра на этих чувствах была просто невозможной без понимания подобных переживаний, без выражения в словах тех чувств, которые были у немцев, имеющих силы и желания что‑то изменить к лучшему. На них‑то и опирался Гитлер. Опора на таких людей вывела и США из тупика кризиса 1929–1933 годов.

Опора на определённый психотип людей и через них влияние на нацию в целом характерно не только для Гитлера, но и для лидеров всех великих стран, которые вывели свой народ из кризиса.

Гитлер чувствовал и понимал психологические механизмы, которые связывают элиту с народом, когда элита третьего поколения начинает терять своё влияние. И механизм потери этого влияния связан, прежде всего, с характерологическим отрывом элиты от народа. Вот рассуждения Гитлера на этот счёт. «Армия воспитывала нас в преданности идее национального единства в такое время, когда кругом шла уже ожесточённая борьба классов. Единственной ошибкой, быть может было введение института вольноопределяющихся с годовым сроком службы. Это было ошибкой потому, что здесь нарушался принцип безусловного равенства и люди с лучшим образованием опять попадали в несколько обособленное положение, между тем как интерес дела требовал обратного. Наши верхние слои и без того уже достаточно оторвались от народа. На армию оказало бы особенно благотворное влияние, если бы в её рядах не было этого разделения. Что мы не провели этого принципа, было ошибкой. Но где же не бывает ошибок. В армии нашей настолько преобладало хорошее, что её немногие недостатки отступали на задний план.

Но самой большой заслугой нашей старой армии было то, что она не допускала торжества принципа „большинства“ над значением отдельной личности, что ясная голова в её рядах ценилась больше, нежели мнение „большинства“. В противовес еврейской демократической идее слепого поклонения „количеству“ армия твёрдо отстаивала веру в гений единиц. Вот почему только в армии тогда и воспитывались такие люди, которые больше всего были нам нужны. Из армии выходили настоящие мужи. В то время как кругом произрастали только размагниченные существа и бабы, армия каждый год выпускала из своих рядов 350 тысяч молодых людей в расцвете сил и здоровья – людей, которые в течение своей двухлетней службы из неокрепших юношей превратились в стальных бойцов. Наши солдаты, привыкшие в течение двух лет слушаться приказа, по окончание службы умели также и приказывать. Старого солдата можно было узнать уже по одной походке.

Такова была лучшая школа немецкой нации. И недаром же на ней концентрировалась яростная ненависть всех тех, кто из жадности, зависти или собственного бессилия стремился к тому, чтобы дорогие сограждане оставались как можно более безоружны. То, чего в своём ослеплении или по злой воле не понимали многие немцы, отлично было понято всем остальным миром: немецкая армия являлась самым могущественным орудием немецкого народа в его борьбе за свободу и пропитание его детей».

Опять же, обращаясь к таблице черт резонаторов и постпострезонаторов видно, что торжество большинства, о котором пишет Гитлер это удел общественников. Поэтому это мысли не только о том, что важно через единые государственные институты сближать характерологически представителей всех социальных групп, но и что важно формировать у них мужские черты характера, волю.

Гитлер – это человек, вся жизнь которого, его способности связаны с мистикой, оккультизмом в их рациональном и иррациональном аспектах.

За свои неудачи в юности Гитлер возненавидел всех: Бога и общество. Его мысли искали ответов в различных теориях, в том числе и оккультных. Это объясняется условиями, в которых прошла его юность.

Есть основания полагать, что Гитлер все же обладал качествами, которое дано не многим. Место, откуда происходил Гитлер, было богато медиумами. Это мадам Стокхаммес, а также братья Вилли и Руди Шнейдеры. Старший, Вилли, когда ему было всего шестнадцать, во время спиритического сеанса обнаружил, что владеет телекинезом. Он был способен пере‑двигать предметы на расстоянии.

Как утверждают французские авторы Луи Повель и Жак Бержье, у Гитлера была та же кормилица, что и у Вилли Шнейдера. Можно спорить о связи местности, в которой было немало действительных медиумов, о связи В. Шнейдера через одну кормилицу с Гитлером. Важно не это. Важно то, что Гитлер обладал даром эриксонианского гипноза и другими качествами, которые с позиций сегодняшнего дня не кажутся аномальными. Но с позиций того времени не могли не приводить окружающих в изумление.

В свободное время он подолгу бывал в библиотеках Вены. Читал много книг, в том числе по истории оккультизма, восточных религий. В представлениях молодого Гитлера именно оккультизм мог решить многие социальные проблемы.

В одной из библиотек, как экспонат находилось древнее копье, которым якобы проткнули Иисуса Христа. Случайно он услышал слова гида: «Это копье окутано разными тайнами, всякий кто откроет ему свои сокровенные тайны, будет править миром». Позже Гитлер признался, что эти слова повлияли на его жизнь. Он связал свою душу с этим копьём. Гитлер создавал специальные учреждения по изучению непознанных способностей людей. Так, в 1942 году, в разгар войны, был создан институт научных исследований в интересах армии. В него были приглашены специалисты в области мистики, экстрасенсорики.

Этими же проблемами занималась организация «Наследие предков». После того как не удалось на практике подтвердить возможность экстрасенсов по карте указывать важные с военной точки зрения объекты, переключились на чистую мистику – на идею сделать немецкого солдата бесстрашным. Эта работа не имела доступных, не размытых критериев для проверки. Хотя некоторые члены организации «Наследие предков» тот факт, что на каждого убитого немецкого солдата приходилось несколько убитых солдат армии противника, относили к работе данного общества.

Использовалась и астрология. Её применение в интересах армии имело исторические предпосылки. Ещё Фридрих Великий в период Семилетней войны запрещал давать отрицательные астрологические прогнозы. Он не особо верил в чудеса, но полагал, что положительные предсказания поднимают моральный дух солдат. Не исключено, что фюрер как раз и использовал ясновидящих и астрологов для поднятия духа армии, своего окружения и даже своего личного самочувствия.

В окружении Гитлера были сильные экстрасенсы. Даже евреи, в частности Ханнусен. По словам Вольфа Мессинга это единственный встреченный им человек, который обладал реально телепатией. Он был самым приближенным ясновидящим у Гитлера до прихода его к власти.

Гитлер верил в те силы, чувствовать которые мог. Он пережил многие биографические события, обладал многими качествами, которые характерны для лиц, умеющих чувствовать такие силы.

Способ принятия решений у Гитлера был близок к способу принятия решений экстрасенсами. Раушнингу он говорил: «Пока у меня не появится непоколебимая уверенность в том, что это вот именно то решение, я ничего не буду делать. Даже если вся партия попытается заставить меня действовать, я не буду действовать; я буду ждать, чтобы ни случилось. Но если заговорит голос, тогда я буду знать, что настало время действовать».

Так, многие целители отмечают, что у них такой дар появился после того как они попали в ситуацию клинической смерти или в сильный стресс, когда были на грани между жизнью и смертью. Гитлер с детства неоднократно был на грани жизни и смерти. Не случайно многие его биографы‑психологи отмечают, что его отец приобрёл дом рядом с кладбищем. А это ежедневное напоминание о том, что жизнь временна, скоротечна, что скоро придёт смертный час любому человеку.

Уже в зрелом возрасте Гитлер думал, что он неизлечимо болен. И готовился к смерти. Он написал даже завещание. С 1935 он не верит, что долго проживёт. Появляется лихорадочное нетерпение. Мучают боли в желудке, в правой почке, страдает воспалением дёсен. Увеличивается левая доля печени. Он плохо спит, жалуется на сердце.

Лечили Гитлера со времени его прихода к власти профессор Карл Брандт (главный хирург фюрера), профессора Ганс Карл фон Хассельбах, Теодор Морелль (личный врач), профессор Карл фон Айкен (хирург‑отоларинголог), профессор Гуго Блашке (зубной врач) и последний личный врач Гитлера хирург Л. Штумпфеггер. Симптомы действительно страшащие. И каждый врач вносил свой вклад в их уточнение, в субъективное усугубление ситуации. Ведь известно, что чем больше врачей, тем обычно больше диагнозов появляется.

5.11.1937 года он пишет политическое завещание, ссылаясь на свою скорую смерть.

2 мая 1938 года вновь пишет от руки личное завещание. Но смерть не приходит вновь. Отказываясь ранее от рентгена, Гитлер теперь все же согласился на него. Рак не подтвердился.

Субъективно, в своих переживаниях Гитлер постоянно находился между жизнью и смертью. А это, как известно, усиливает способности к чувствованию, к получению информа‑ции из нетрадиционных источников, через интуицию.

Гитлер неоднократно говорил о своих способностях такого рода. Он был уверен в том, что его дух сохранится и после смерти. Вот его слова из политического завещания уже 1945 года. «Хотя некоторое число этих людей, таких как Мартин Борман, доктор Геббельс и т. д., включая их жён, примкнули ко мне по доброй воле и ни при каких обстоятельствах не хотят покинуть столицу рейха, а готовы погибнуть вместе со мной, я должен их все же просить подчиниться моим требованиям и в данном случае поставить интересы нации над своими собственными чувствами. Как товарищи они после смерти будут стоять ко мне так же близко, как и мой дух будет пребывать среди них и постоянно их сопровождать».

Есть и другие его высказывания по этому поводу. Гитлер дистанцировался от церкви, но глубоко верил в существование особых духовных сил.

Но люди, которые обычно владеют силами такого типа, не очень‑то вписываются в повседневную жизнь. Они не от мира сего. Многие из них имеют не блестящие оценки в школе. Это объясняется тем, что кумулятивные причины, мягкая сила чувствуется, а факторные причины могут анализироваться, в том числе и с опорой на формальную логику. Математика в значительной степени это формальная логика. У Гитлера по точным наукам, по математике были крайне низкие оценки.

В связи со сказанным понятны затруднения, которые испытывал Гитлер при общении на основе формально‑логического мышления с лицами, склонных к анализу факторных причин. В этом случае он пытался поставить между собой и данными людьми промежуточную фигуру. Так, при работе с промышленниками, он поставил ответственным за политику в этой области Г. Геринга. Удалось. За короткий срок промышленность преобразовалась.

Между собой и военными он так же искал подобный компромиссный вариант. Но найти его не смог. Слишком разные были психотипы. Те качества личности, которые помогали чувствовать его простого, типичного немца в то же время мешали понять, почувствовать представителей элиты в лице генералитета. К тому же генералы, типичные офицеры отличаются склонностью понимать суть дела и принимать решения под влиянием факторных причин, и менее прислушиваться и учитывать мягкую силу, кумулятивные факторы.

Гитлер был мастер чувствования мягкой силы. На определённом этапе эта способность ему помогала. Но по мере роста психопатичности он все в меньшей и меньшей степени мог доверять своей способности, и все чаще и чаще делал ошибки. За них расплачивался весь немецкий народ.

Гитлер чувствовал и психологические особенности людей, опираясь на которые, можно сдвинуть нацию с места, придать ускорение социально‑экономическому развитию. И здесь его мысли и действия совпадали с мыслями и действиями таких личностей как Ф. Рузвельт, И. Сталин. Опора была сделана не на говорунов, а на деятелей с определёнными личностными особенностями. При этом факт опоры на лиц с определёнными психологическими особенностями был Гитлером не осознан. Это связано со многими причинами. Одной из важнейших заключалась в том, что цепочка таких особенностей почти не встречается у конкретного человека. Но вот когда речь шла о воспитании нации, о формировании молодёжи, то эти качеств служили как бы «маяками» – в каком направлении формировать черты характера нации, народа.

Это один из тех психологических механизмов, опираясь на которые удалось за короткий срок сплотить немецкую нацию, перестроить экономику, вывести её из кризиса. Здесь важно чувствование своего народа, людей, опираясь на которых, можно было достигнуть поставленных целей. Конечно между личностью резонатора и моделью человека, на которую опирался Гитлер, много отличий. Но важнейшее то, что это принципиально иные идеология, смыслы существования.

Категория: Познавательная электронная библиотека | Добавил: medline-rus (12.02.2018)
Просмотров: 10 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Вход на сайт
Поиск

Copyright MyCorp © 2018



0%